Подводя итоги поиска универсальной причины возникновения политеизма и монотеизма


  Таким образом, сам по себе выбор политеистических или монотеистических предпочтений целых народов определялся лишь условиями их существования, способствовавшими формированию как традиционных политеистических религиозных представлений древних народов, так и религиозных реформ, изменивших в корне былые традиции веры предков.
  Изначальные условия существования всех древних народов определялись природно-естественной средой обитания, что обуславливало персонификацию и обожествление ими сил природной стихии, от которых зависело как их процветание, так и их бедствия. Этой ступени развития религиозной культуры не миновал ни один древний народ, в частности, Европы, отождествляя свои религиозные предпочтения с политеизмом, свойственным народам, свободным от противоестественной зависимости как от произвола другого народа - евреи при фараоне Египта, так и от произвола собственных авторитарных правителей:

а) Эхнатон для египтян, отказавшийся от религиозных традиций своих предков, насильственно насаждая народу Египта культ бога Атона;
б) правители стран Европы, отказавшиеся также от религиозных политеистических традиций своих предков в угоду «единому» Богу христиан, предыстория которого через Ветхой Завет напрямую связывает Его с иудейским Богом.


  Лишь противоестественные для любого народа - рабские условия существования еврейского народа в Египте были способны обесценить религиозную значимость сил природной стихии, уступивших свое место более значимой мотивации в выборе того единственного Бога в качестве религиозного Идола, который ими был поставлен выше Богов своих угнетателей – египтян, что и обусловило мифологическое рождение иудейского Бога при Моисее. Поэтому и неслучайно Моисей отказался от отождествления иудейского Бога с какими-либо силами природной стихии, как прообразами Богов политеистических религий, выведя представления о Нем за пределы лишь «сотворенного Им» библейского мира, с Землей в качестве его центра и прочими нелепостями природно-естественного характера.
  Успех монотеизма религии иудейского Бога связан с кризисом традиционной политеистической религии евреев, боги которой не оправдали ожиданий еврейского народа, оказавшегося в рабстве у фараона Египта.


  Следует отдельно акцентировать внимание на том, что в Книге Исход описываются не реальные события Исхода, а мифологизированный сюжет гипотетического исхода евреев из Египта, поэтому-то он и насыщен всевозможными чудесами иудейского Бога. Мистификация событий Исхода евреев из Египта находит косвенное подтверждение в тексте Исхода:

«А Я ожесточу сердце фараона, и он погонится за ними, и покажу славу Мою на фараоне и на всем войске его; и познают Египтяне, что Я Господь. И сделали так.» (Исход 14:4)

  Египтяне, как оказалось впоследствии, не только «не познали», но и не признали иудейского Бога Господом, отдавая по-прежнему предпочтение политеистической религии своих предков на протяжение многих последующих веков, а это свидетельствует в пользу именно мифотворчества авторов Книги Исхода, не нашедшего своего подтверждения в истории этих народов.

 

  Иудейский Бог не оказал на египтян и их потомков ожидаемого Им воздействия силой Своего жестокосердия, следовательно эта мифологическая «реальность» Исхода евреев из Египта была предназначена авторами Книги Исход для круга читателей, ограниченного первоначально детьми и внуками Моисея и их современниками еврейского происхождения, чтобы именно они убоялись мифологического жестокосердия и душегубства Господа, а убоявшись Его, поверили Господу по примеру раба Его, Моисея:

«И избавил Господь в день тот Израильтян из рук Египтян, и увидели сыны Израилевы Египтян мертвыми на берегу моря». (Исход 14:30)
«И увидели Израильтяне руку великую, которую явил Господь над Египтянами, и убоялся народ Господа и поверил Господу и Моисею, рабу Его». (Исход 14:31)


  Учитывая специфику религиозного восприятия мира, основанную на вере религиозным авторитетам и самой потребности в Вере, что не касается лишь атеистов и иже с ними, рождавшихся во все века, набожные иудеи и христиане вполне довольствуются возведенными в догму представлениями о сотворении мира из Ветхого Завета, имеющими все признаки мифотворчества, а язычники также с доверием относятся каждый к своей мифологии.


  Действительно значимым отличием политеистических религий, в частности, от монотеистических религий иудейского Бога, Господа, является потребность осознания верующими в иудейского Бога (в роли Бога-отца) своей рабской зависимости (Исход 14:31) от Господа («раб божий», «раба божия» и т.п. – все это часто фигурируют в терминологии служителей культа), чего лишены язычники, отдавшие предпочтение политеистическим религиям, включая и атеистов, конечно.


  Чисто формально, в Книге Исход описан процесс принуждения евреев к вере в Господа, в основе которой лежит Страх, внушенный им иудейским Богом при посредничестве Моисея, включая других авторов Ветхого Завета, как на примере мифологического душегубства египтян, через их утопление в морской пучине (Исход 14:30-31), включая десять казней египетских, так и на примере убийства трех тысяч евреев у горы Синай, что было уже санкционированно лично Моисеем (Исход 32:21-28), включая примеры сорокалетней божественной «селекции» рабской покорности в среде еврейского народа в пустыне. Вот именно ради этой цели: внушить Страх язычникам, каковыми были древние евреи до мифологического Исхода, как стимула веры в иудейского Бога, авторам Книги Исход три тысячи лет назад и потребовалось мифотворчество в том его буквализме, который и присутствует в ней, вопреки представлениям З. Фрейда и о. А. Меня о иных причинах возникновения еврейского монотеизма.


  Стоит ли удивляться тому, что уже Римско-католическая Церковь с таким же рвением стала приобщать язычников других народов к вере в Господа под Страхом кар Его небесных уже в русле своего христианского вероучения о вечном проклятии, вечных муках грешников и т.п., опираясь в этом на буквализм восприятия текста Книги Исход.