Особенности менталитета апологетов религии Осириса из академической среды египтологов и историков
(Влияние особенностей менталитета историков на результаты их профессиональной деятельности)

Алекс Кандр

«Для того, чтобы усовершенствовать ум,
надо больше размышлять, чем заучивать». Декарт
«Мы знаем гораздо больше, чем понимаем». Альфред Адлер

  Вполне ожидаемое мной весьма негативное отношение профессиональных историков форума historica.ru к моей «гипотезе» «Тайна происхождения Индуизма» (в двух её частях), которую я презентовал на нем в одноименной теме, нашло своё подтверждение в словах наиболее авторитетного из участников форума, Lucius Gellius, о моих «глобальных выпадах против академической науки как таковой».
  Эти слова относились, главным образом, к моей аргументации в пользу достоверности свидетельства Геродота (и древнегреческих философов) о приоритете египтян в создании учений о переселении души, основанных на вере в бессмертие души в череде её перевоплощений в подлунном мире. Как о свидетельстве существования этой парадигмы религиозного мышления в религиозной культуре населения долины Нила:

«Геродот (II, 123). Египтяне также первыми стали учить о бессмертии человеческой души. Когда умирает тело, душа переходит в другое существо, как раз рождающееся в тот момент. Пройдя через [тела] всех земных и морских животных и птиц, она снова вселяется в тело новорожденного ребенка. Это круговращение продолжается три тысячи лет. Учение это заимствовали некоторые эллины, как в древнее время, так и недавно». (1)

  В то время как доминирующие в академической науке единомышленники Г. Кееса – апологеты веры в вечную загробную жизнь (апологеты религии Осириса), категорически отрицают саму возможность существования этой парадигмы религиозного мышления в религиозной культуре египетской цивилизации, под совершенно абсурдными предлогами дискредитируя свидетельства Геродота и древнегреческих философов.
  Вследствие чего, в академической среде египтологов и историков, в буквальном смысле, постулируется категорическое отрицание существования учений о переселении души в религиозной культуре Древнего Египта, как и парадигмы религиозного мышления, лежащей в их основе.
  Альтернативная же ей парадигма религиозного мышления – вера в вечную загробную жизнь, признается единственной и исконной верой для всего поголовно населения долины Нила, что столь же постулируется как нечто, не подлежащее сомнению в среде религиоведов от египтологии и профессиональных историков, условно, «под страхом отлучения их от привилегий …», полученных ими благодаря своему высшему академическому и, сугубо, гуманитарному образованию.

  Поэтому любой, кто попытается обосновать справедливость свидетельств Геродота и древнегреческих философов о приоритете египтян…, будет признан в академической среде египтологов и историков «еретиком», с соответствующим к нему отношением.
  Терминология «ереси» и уместна в данном случае, поскольку речь идет о разделе академической науки, изучающим египетскую религию, при доминировании в нем единомышленников Г. Кееса – апологетов веры в вечную загробную жизнь от египтологии. Чьи постулаты, возведенные в статус «догм», главенствуют в академической гуманитарной науке, претендуя на «истинность в последней инстанции», опровержение которой и грозит обвинением в ереси, тождественной по своему существу обвинению в «глобальных выпадах против академической науки как таковой».

  Отчасти, и результатам общения с историками этого форума была посвящена работа «Апологетика религии Осириса в египтологии», на конкретных примерах позволившая продемонстрировать ущербность менталитета единомышленников Г. Кееса от египтологии, как и их тенденциозность в стремлении дискредитировать свидетельства Геродота и древнегреческих философов о приоритете египтянам в создании учений о переселении души.

  В конечном итоге, навязывание апологетики религии Осириса в академической среде египтологов и историков, ещё на этапе получения ими высшего гуманитарного образования, позволило апологетам веры в вечную загробную жизнь исказить в египтологии представления о религиозной культуре населения нильской долины, породив в ней множество проблем и внутренних противоречий, лишь часть из которых перечислена в разделе «Последствия для египтологии «ущербности менталитета» единомышленников Г. Кееса» работы «Апологетика религии Осириса в египтологии».
  Поэтому вполне закономерным для меня стало решение: открыть тему «Апологетика религии Осириса в египтологии» на этом же форуме, с целью продолжить общение с профессиональными историками уже в контексте критики причины весьма плачевного («достойного лишь сожаления») состояния в египтологии результатов изучения египетской религии, обусловленного некими особенностями менталитета единомышленников Г. Кееса из академической среды египтологов и историков.
  Так что меня совершенно не смущало потенциально враждебное ко мне отношение аборигенов исторического форума, как результат их вполне закономерной реакции на мои «глобальные выпады против академической науки как таковой», на страже которой профессиональные историки и выступают единым фронтом на просторах Интернета.

  Аргументация обоснования причины «достойного лишь сожаления» состояния в академической (гуманитарной) науке её раздела, изучающего египетскую религию, имела вполне ожидаемые мной последствия, в контексте формулировки названия данного исследования: «Особенности менталитета апологетов религии Осириса из академической среды египтологов и историков». Позволив выделить две характерные особенности ментальной деятельности представителей гуманитарных наук, в частности, свойственные для большинства историков и египтологов, предопределяющие собой, с одной стороны, успех в их профессиональной деятельности, а, с другой стороны, плачевное состояние результатов изучения египетской религии. Как бы это парадоксально ни выглядело на первый взгляд.